Category: Музыкальный театр

Работа над советской оперой после 1936 года

Аннотация: В статье рассматривается попытка создания советской классической оперы. В 1936 году, вскоре после публикации статьи «Сумбур вместо музыки», Комитет по делам искусств во главе с П.М. Керженцевым взял на себя ответственность за этот амбициозный проект. Обсуждению вновь создаваемых опер посвящались совещания в Комитете и музыкальных театрах, собрания композиторов и музыкальных критиков, публикации в центральных и специализированных изданиях. Несмотря на значительные усилия, требуемая опера так и не была создана. Исследование основано на архивных материалах РГАЛИ (Фонд 962, опись 3, ед. хр. 248, 259, 261, 270, 312). Abstract: The article deals with the attempt to create a Soviet classical opera. In 1936 shortly after the publication of the article «Muddle Instead of Music» the State Committee for Artistic Affairs headed by P.M. Kerzhentsev claimed responsibility for this ambitious project. Meetings in the Committee and musical theaters as well as meetings of composers and musical critics, articles in central and specialized publications were devoted to the discussion of newly created operas. Despite considerable efforts the opera was never created. The study is based on archival materials of the RGALI (Fund 962, list 3, folders 248, 259, 261, 270, 312). Скачать статью

«Разочарованный лес» и его предшественники: некоторые наблюдения над историей балетной пародии в России второй половины XIX – начала XX веков

Аннотация: Статья посвящена истории формирования и бытования балетной пародии в России во второй половине XIX — начале ХХ веков. В работе рассмотрены несколько подвидов пародий. Вплоть до начала ХХ века основным подвидом были газетно-журнальные фельетоны «в оболочке» балетного сценария; особенно часто его использовали сотрудники «Искры». Другой вид — импровизированные и подготовленные балетные номера комической направленности – существовал в артистическом быту художественной элиты: на маскарадах, театральных капустниках, благотворительных вечерах, в салонах. В начале XX столетия обе эти ветви «пересеклись» в репертуаре петербургского кабаре «Кривое зеркало», дав жизнь новому виду – сценической балетной пародии, которая стала инструментом художественной критики русского Императорского балета. В статье рассмотрена первая такая пародия – «Разочарованный лес» Лео Гебена (1909); установлены ее прототипы и используемые в ней пародийные приемы. Отдельное внимание уделено судьбе и артистическим свершениям ведущего танцовщика «Кривого зеркала» Н.Ф. Барабанова, на протяжении десяти лет исполнявшего в репертуаре «Кривого зеркала» партии прима-балерины. Abstract: The article concerns the history of development and existence of a parody ballet in Russia in the second half of the XIXth — early XX centuries. The paper describes several subspecies of parodies. Until the early XXth century the main subspecies were newspaper and magazine satires designed as a ballet scenario; the staff of the newspaper «Spark» («Iskra») used this method quite often. Another kind of parody ballet – improvised and rehearsed ballet comic items – existed in the public life of the artistic elite: masquerades, artists’ parties, benefit events, salons. At the beginning of the 20th century those two branches «intersected» in the repertoire of the Petersburg cabaret «Distorting mirror», giving birth to a new kind – stage ballet parody – which became a way of art criticism of the Russian Imperial ballet. The article analyses the first of the kind — Leo Geben’s «Disenchanted forest» (1909), its prototypes and parody techniques are arranged. The fate and artistic success of the leading male dancer of the «Distorting mirror» («Krivoe zerkalo») N.F. Barabanov is given a special attention. He had been performing the leading female parts in the theatre for ten years. Скачать статью

Сюжеты балетов Мориса Равеля: источники и принципы формирования

Аннотация: В статье рассматриваются сюжеты равелевских балетов «Моя матушка-гусыня», «Аделаида, или язык цветов», «Дафнис и Хлоя», «Вальс», «Болеро». Либретто композитор создавал сам, ориентируясь или на уже существующие литературные источники, или на собственное понимание избранной темы. Сюжет становится для композитора поводом к дальнейшему фантазированию: часто Равель обращает внимание не на саму историю, а на определенные стилистические нюансы, с ней связанные. Это влияет и на структуру его балетов, которая представляет собой смену картин, более или менее связанных друг с другом. При создании либретто Равель опирается как на театральную традицию XVIII и XIX веков, так и на современную ему литературу (Гюисманс, Уайльд, Ренье). При этом он тонко стилизует чужие манеры – «язык цветов», язык античности, язык романтической сказочности, – по-своему решая идею мифа, сказки, танца или современной ему эстетской литературы. Abstract: The paper looks into the plots of Maurice Ravel’s ballets «Ma Mere l’Oye», «Adélaïde, ou Le langage des fleurs», «Daphnis et Chloé», «La Valse», «Bolero». Librettos of the ballets were created by Ravel himself and were either inspired by existing literature or guided by his own conception of chosen theme. The plot becomes the ground for further fantasizing: Ravel often pays attention not to the story itself but to a certain stylistic nuances connected with it. This fact influences the structure of Ravel’s ballets which reminds a change of pictures more or less related to each other. Creating a ballet’s libretto Ravel draws upon theatrical tradition of the 18th and 19th centuries as well as modern literature (Huysmans, Wilde, de Régnier). He subtly pastiches somebody else’s style such as «langage des fleurs», language of antiquity, language of romantic fairy tale and creates his own understanding of myth, fairy tale, dance or modern aesthetic literature. Скачать

«Арап Петра Великого» Артура Лурье: вступление и краткий путеводитель к опере, пока не дождавшейся исполнения

Статья посвящена опере «Арап Петра Великого» (1948‒1961) — итоговому произведению композитора Артура Лурье (1892‒1966).
Либретто оперы, созданное Ириной Грэм [Irene Graham] при активном участии композитора, написано в технике, близкой центону.
Его основой являются цитаты из произведений Пушкина, а также западноевропейских и русских поэтов от Катулла до Жерара де Нерваля, Стефана Малларме, Дмитрия Мережковского, Вячеслава Иванова, Александра Блока. Стилистически многопланова музыка оперы, характеристика которой дается во второй половине статьи. Статья написана на основе хранящихся в Швейцарии, США и России архивных документов, в том числе, дневников, писем и нотных рукописей композитора.

Сольные номера в операх Ф. Шуберта: ария или песня?

Аннотация: В статье рассматриваются проблемы, связанные с принадлежностью сольных номеров в театральных сочинениях Шуберта к традиции большого оперного стиля. В музыкознании сложилось ошибочное мнение о том, что оперы и зингшпили этого композитора представляют собой набор песен. Однако среди сольных номеров как ранних, так и зрелых театральных сочинений Шуберта есть немало арий, написанных по итальянским моделям. В то же время во многих случаях очевидна также ориентация на песенные формы и стиль.

Оперы К.В. Глюка: о технике пародии и заимствованиях в музыкальном театре XVIII века

Аннотация: В статье рассмотрен феномен повторного использования музыкального материала в операх XVIII века на примере творчества К.В. Глюка. В центре внимания находятся две проблемы:
1) «самоцитирование» в сочинениях Глюка, т.е. перенос из оперы в оперу музыкальных номеров и их фрагментов; 2) влияние музыки Глюка на композиторов его времени. Данные проблемы исследуются на примере ряда опер Глюка – «Аэций» (1750), «Милосердие Тита» (1752), «Антигон» (1756), «Орфей и Эвридика» (1762), «Ифигения в Тавриде» (1779), версия «Орфея и Эвридики» Глюка, созданной И.К. Бахом (1774), «Орфей и Эвридика» Ф. Бертони (1776). Сделан вывод о том, что техника пародии в операх Глюка представлена разнообразно: от приемов контрафактуры до существенных переработок, при этом материал из опер seria, перенесенный в реформаторские музыкальные драмы, органично вписывался в новую музыкально-драматическую концепцию. «Орфей и Эвридика» Глюка/Баха представляет одно из редких в истории музыкального театра явлений, когда пастиччо превращается, фактически, в острый эстетический диалог, обозначая одну из переломных граней в развитии оперного жанра.